Евгений Онегин – эгоист поневоле?

Евгения Онегина критик не причислил ни к той, ни к другой категории, он назвал его эгоистом поневоле или «страдающим эгоистом». Объяснять подробно, что это значит, Белинский не стал, но и того, что он сказал о характере Онегина, достаточно, чтобы сделать вывод, к которому пришел и герценовский герой: дельному человеку нечего делать в ту пору, когда в деятельности, которую он мог бы предложить обществу, последнее не нуждается. «Что-нибудь делать можно только в обществе, на основании общественных потребностей», – утверждал Белинский, и в его словах много правды.

Но ведь и от человека самого кое-что зависит, и прав Некрасов, показавший «героя своего времени», которому не только неблагоприятная общественная ситуация, но и личные качества мешают стать активным борцом за социальную справедливость.

Однако, кроме общественной или политической деятельности, возможна иная деятельность – научная, художественная ... Но эгоист поневоле сам, лично (и никто за это не несет ответственности, кроме него самого) не способен ни к какому труду. «Труд упорный ему был тошен», – это можно сказать не только об Онегине, но и о каждом из «страдающих эгоистов». Значит, нужно, чтобы появилось поколение, для которого «привычка к труду благородная» не перенималась от кого бы то ни было, а являлась бы чертой характера, личности – чертой, воспитанной обстоятельствами жизни и личным упорством, основанным на осознанной целевой установке. «Эгоист» без такой установки, без отчетливой программы и цели, – эгоист «неразумный».

Впрочем, говоря строго, эгоист, к какому бы разряду он ни принадлежал, не может не быть «неразумным»: неразумие входит в понятие эгоизма как существенная часть. Поэтому даже «страдающий эгоист», даже человек с большими способностями, образованный, мыслящий – неразумен.

У Лермонтова с «Герое нашего времени» есть поразительная деталь, ярчайшим образом характеризующая «неразумный эгоизм» Печорина: когда Максим Максимыч в эпизоде последнего прощания с Печориным, спохватившись, напоминает тому об оставшихся у него «бумагах» (записках) и спрашивает, что ему с ними делать, Печорин небрежно роняет: «Что хотите...» Но ведь «журнал Печорина», если отвлечься от того факта, что он создан Лермонтовым, – это гениально написанная «история души», документ общественной значимости. И что же? Печорину нет никакого дела до общества: он отверг его целиком, не сделав ни малейшей попытки диалектического анализа социальных отношений в нем, а ведь умный был человек, судя по его «журналу».

Трагедия Печорина в том, что он – личность потенциально могучая – объективно оказался бессильным перед обстоятельствами, стеной отгородившими его от большого мира людей.


Полезное чтиво по литературе:
Новые личности в новой русской литературе
Беспокойство души художника
Особенности личности Лопухова и Кирсанова
Что обеспечит свободное развитие индивидов
Новые люди- порождение своего времени