Как понять ребёнка

Отрадно было наблюдать, как девочка росла, становилась смелой, самостоятельной, смышленой, как и с учебой дело наладилось. И все годы она не расставалась с кабинетом химии: знала, что где находится. Даже старшеклассники обращались за помощью, если надо было найти пробирку или колбу. Затем Оксана вступила в химическое общество. Мечтает поступить на химфак. В общем – расправила крылышки...

Вы знаете, что коллеги иногда посмеиваются над моими: «доченька», «сыночек». Только другого отношения к ученикам я не представляю. Убеждена: любовью, лаской, вниманием можно и выправить, и распрямить, и исправить любого – пусть даже самого трудного– ребенка. Особенно если он в семье лишен человеческого участия. И это не сентиментальность, как считают порой, это норма общения учителя и ученика. Конечно, разумная строгость и требовательность не мешают. Сердечность не мешает мне подчас «пропесочить» Оксану. Но она не обижается никогда, потому что чувствует: она и впрямь «доченька», а с доченьки спрос строже. Дома ее не «песочили», «голову не снимали», но там девочка чувствовала себя очень неуютно, так как родители были равнодушны к ней, к ее внутреннему миру, к ее детским бедам и обидам. Правда, внешне все было благополучно – кормили, одевали, покупали нужные книги, подписывали дневник... Но в главном-то обделили – не было душевной близости.

«Все начинается с любви!» – это прежде всего о воспитании детей, о нашей учительской профессии. А где любовь, там и доброта, и боль, и гнев, и страх за своего ребенка, и поощрение, и осуждение. Иногда и наказание – без этого не вырастишь! Только так! Сколько поступков в детстве, от которых у взрослых, особенно у матерей, сердце «заходится»: «Чуть не утонул!», «Ты же мог разбиться!»

Мама в ужасе от пережитого – и расцелует, и отшлепает свою «дитятку», а по щекам слезы, слезы, слезы... А ребенок обвил руками шею матери: «Мамочка, не плачь! Мамочка, не расстраивайся! Больше не буду...» И эта душевная вспышка лучше, чем бесконечные нотации и прописные истины – с равнодушным лицом и холодным сердцем!

Но естественный взрыв эмоций не исключает желания всегда, в любых обстоятельствах стараться понять ребенка. Нам, взрослым, поступки детей часто кажутся странными, безрассудными, лишенными всякой логики. Но почему бы не поискать причин, которые толкают их на опасные и сумасбродные действия? Понять – это полдела в воспитании. Раньше говорили: понять – значит простить. Для учителя понять – значит сделать шаг навстречу ученику, подать ему свою дружескую руку, помочь.

Вы хорошо помните случай с Владиславом Доценко. Он достал у приятелей по улице бертолетову соль. Реактив взорвался в школьной раздевалке, где были малыши. К счастью, никто не пострадал. Но проступок был безобразный, к тому же Владислав был переведен к нам из другой школы – за такие же взрывы. Педагоги требовали самого сурового наказания – вплоть до исключения из школы. Я попросила педагогический совет оставить подростка под мою ответственность. Решилась на это не без колебаний: «А вдруг он ничего не понял и из-за глупой мальчишеской бравады примется вновь за свои «опыты», искалечит себя или окружающих?» Но в то же время думала и о том, что непорядочно спихивать этого юного «экспериментатора» на плечи другого учительского коллектива... Решилась... Записала его в химический кружок, посылала на занятия на техническую станцию, надеясь, что Владислав увлечется полезным делом. Но на детской технической станции ученик заниматься не стал. Да и к кружку относился довольно прохладно. Я поняла, что нашему сближению и откровению мешает моя же настороженность: Владислав-то понимал, что я побаиваюсь его срывов и что в кружке он вроде бы как для «исправления».

Тогда я решила поговорить с подростком начистоту. Сказала, что я действительно боюсь – за его судьбу и здоровье, за безопасность окружающих, за его будущее: ведь нельзя же утверждать себя только дикими выходками. Действительно, Владиславу нравилось, что он везде в центре внимания, что все с ним нянчатся, беседуют, уговаривают, что среди ровесников он пользуется пусть и дурной, но известностью.

– Наступит момент, – сказала я, – когда тебе не будут прощать твои проступки и ты будешь нести за них ответ, как взрослый. Не лучше ли завоевать известность хорошими делами?

– Какими же, например? – с вызовом спросил Владислав.

– А почему бы тебе не подготовить к научно-практической конференции интересное и очень полезное сообщение о необходимости осторожного обращения с химическими реактивами. Факты у тебя убедительные.

– Отчего же не подготовить, – согласился Владислав.

Доклад был сделан отлично. Получил одобрение на конференции. Пожалуй, впервые за много лет Владислав услышал слова одобрения и похвалы. Причем не только от сверстников, но и от взрослых. Да еще каких – профессоров, видных специалистов-химиков. Он пытался сохранить равнодушно-независимый вид, но смущенная улыбка выдавала его душевное волнение. Думаю, это был переломный момент, и ученик впервые, может быть, понял, что к утверждению ведет совсем другой путь, чем тот, которым он шел до этого... А сколько подобных случаев на моей учительской памяти. Все несхожи – как и дети. Одно общее: никоим образом нельзя навешивать на учеников ярлыки – «трудный», «неподдающийся», «неисправимый»...


Полезное чтиво:
Бороться за судьбу каждого ребёнка
Искренность в отношениях учителя и учеников
Военное положение в городе
Девочка и старинная скрипка
Что сказала учительница
Боец спасает девочку
След войны в судьбе учительницы