Как создавались карточки

Из письма Л. В. Моховой. «Вы спрашиваете меня о том, как создавались обобщающие конспекты, или, как их иногда называют, карточки? Путь к ним был непрост. Многое несколько раз переделывалось, дополнялось, уточнялось. Да и сейчас эти конспекты не являются чем-то абсолютно совершенным, законченным. Не случайно на оборотную сторону карточки – большого альбомного листа – я постоянно вношу коррективы, новые факты и примеры, а затем по мере необходимости заменяю этот лист другим – более отработанным.

Сейчас, когда, как говорится, «итожишь то, что прожила», я снова обращаюсь к первым годам моей учительской работы. Наверное, все-таки уже тогда я стала делать эти конспекты. Трудное послевоенное время, особенности жизни в Беломорье подтолкнули меня к поискам. Ученики мои были чуть помоложе меня. Голос у меня негромкий, и вообще вначале я чувствовала себя очень неуверенно, было такое ощущение, что идешь по хрупкому льду. В таких условиях опираешься на то, что хорошо умеешь делать.

В детстве я неплохо рисовала, да и в студенческие годы пришлось немало заниматься оформительской работой – плакаты, стенные газеты... Рука уверенно держала и карандаш, и кисть. Когда же начала вести первые уроки, встала у доски и взяла мел, чтобы сделать записи, то почувствовала: получается красиво. При подготовке к урокам старательно оформляла в тетради план, чтобы все было броско, ясно, отчетливо. Когда директор увидел такие выразительные записи, то похвалил: «Сразу понятно – что к чему». Кстати, он никогда не придирался к содержанию плана. Если делал замечание, то в очень тактичной форме, но заклю-ч,1,1 обычно так: «Урок веди по своей задумке. Ты и хозяйка, и творец урока...»

Заглядывали в мои планы и опытные учителя. Им тоже нравилось, что я выделяю главное – обвожу опорную реакцию рамкой, выводы подчеркиваю цветными карандашами, ставлю восклицательные знаки там, где при объяснении надо особо активизировать внимание учащихся. Одобрение коллег было приятно, поэтому я старалась еще больше...

В то послевоенное время наглядных подобий в школе было немного, учебников, задачников, справочников не хватало. Я ни на одном уроке не забывала о наглядности, об обобщении. Не выпускала из рук цветные мелки: заполняла доску рисунками, формулами, чертежами, диаграммами и обязательно записывала – очень кратко! – тезисы рассказа. К концу урока на доске определялась четкая система. Я заметила, что дети очень неохотно вытирали доску для следующего урока: старались сохранить этот своеобразный конспект подольше. А многие ребята переносили запись на отдельные листки. На мой вопрос: «Почему не в тетрадь?» – ответили не задумываясь: «Так сподручнее! Удобнее находить нужную тему. И запоминать легче – все перед глазами».

Работа учащихся по обобщающим конспектам дала неплохие результаты. Десятиклассники на экзаменах показывали прочные знания. На дополнительные вопросы отвечали спокойно, обстоятельно. Когда я на выпускном вечере, счастливая от первого успеха, поблагодарила их: «Ну какие же вы молодцы!», одна из девочек радостно воскликнула: «А как же иначе! По вашим конспектам готовились... Они у меня все в папке – по всем-всем темам...»

Тогда у меня и возникла мысль: надо сохранить, собрать все поурочные записи. Перенести их на альбомные листы... Так появились первые карточки. Затем все годы работы на Севере я додумывала их, дополняла, непременно использовала и на уроке, и при подготовке к экзаменам. Помогали они и мне, и ученикам здорово!

Когда из Архангельска я вернулась в Петербург, меня направили работать в вечернюю школу. Там я окончательно убедилась в нужности и полезности обобщающих конспектов. Дело в том, что тогда в вечерней школе учились в основном те, у кого учеба прервалась в военные или в послевоенные годы, чьи отцы не вернулись с фронта, кому в 13 – 15 лет приходилось быть кормильцами в семье. В двадцать, в двадцать пять лет они снова сели за школьную парту.

Какими же они пришли в вечернюю школу? Прежде всего – с желанием познать как можно больше. Они стремились не только получить аттестат, но и с радостью первооткрывателей входили в мир науки и искусства, любили жизнь, отвоеванную для них отцами. Они любили школу, сажали сады вокруг нее, с выдумкой оформляли наши скромные тогда кабинеты, они рвались на уроки, несмотря на то что работали шесть дней в неделю (суббота была рабочая).

Но трудные годы не прошли для них бесследно: они многое забыли. От химии осталось лишь Н2О...

Дети приходили в школу и согласно документам поступали в VIII класс (в основном после семилетки). А начинать с ними нужно было заново. Вот тут-то и пригодились мои конспекты, когда на доске приходилось делать записи, объединяющие целые разделы. Надо было до мелочей, до каждой буковки продумывать расположение материала. Признаюсь, пришлось крепко голову поломать: ведь нелегко было перенести на доску содержание раздела, чтобы сказать все, ничего не пропустить, и в то же время отбросить лишнее, мешающее восприятию и познанию. Надо было сделать обобщающий конспект и внешне привлекательным, зримым, броским, чтобы не было мелко, скучно, многословно, чтобы каждая строка оставалась в памяти. Помогали схемы, чертежи, условные знаки, общепринятая научная символика.

Действительно, как длинно слово «принадлежит». Но ведь в математике используется символ, заменяющий это слово! Значит, идет в запись. Так постепенно и разумно – чтобы ученик понял! – на доске появлялась лаконичная запись.

Надо сказать, что учащиеся вечерней школы с удовлетворением принимали обобщающие конспекты, потому что яснее и легче усваивался материал, потому что главное представало перед ними в концентрированном, очень емком и необычном (а необычное всегда привлекает) виде. Помню, никто не уходил из кабинета, не переписав до конца конспект, не сверив его тщательно и внимательно со своими записями.

Конспекты эти, по моему совету, переписывались на альбомные листы и были перед глазами учащихся при подготовке к контрольным, к зачетам, к экзаменам.

Я была очень рада успехам вечерников, рада, что восполнила пробелы и дала прочные новые знания.

Поняв, что карточки – надежное подспорье в учебном процессе, я тоже оформляла их на альбомных листах, оставляла на стендах для тех, кто не мог присутствовать на занятиях. Не было случая, чтобы кто-нибудь унес их: учащиеся понимали, как нужно это пособие для всех, и чувство коллективной ответственности было надежной гарантией сохранности обобщающих конспектов.

Через несколько лет у меня набралось до 500 карточек – по всем темам школьного курса химии. Безусловно, менялась программа, бурное развитие науки и техники вносило свои поправки – все это находило отражение в моих записях. Но замысел, основа, суть методического приема оставались те же.


Полезное чтиво:
Открытый урок Моховой – любой
Видеть чёткую и ясную цель урока
Учащимся о химических веществах
Вопросы и задания для домашней работы
Организация работы с химическими веществами
Роль практической работы на уроке
Решение задач на отдельном уроке