Царское министерство просвещения

Лежавшая в основе официальной идеологии формула «самодержавие, православие, народность» теперь признавалась недостаточной. Что касается «самодержавия» и «православия», то тут все ясно, а вот «народность»... В то время как по всем губерниям империи росли и ширились крестьянские «бунты», что могли означать рассуждения о «народности»? В Петербурге на чрезвычайном собрании университетского совета было изложено предписание министра просвещения, в котором разъяснялось, что «народность» следует понимать как «беспредельную преданность и повиновение самодержавию».

Новое наступление реакции давало о себе знать и в организации и методах преподавания. Учебное начальство пыталось устанавливать слежку за профессорами и студентами. От профессоров вначале стали требовать общие программы преподавания их предмета, затем подробные планы изложения всех лекций, сведения о том, что и в каких местах своих лекций они будут цитировать из трудов других ученых, точное распределение курса лекций по дням и часам. Ушинский горячо протестовал. Он доказывал, что такое стеснение научной и преподавательской деятельности не имеет ничего общего с живым делом обучения и окажет губительное действие на весь учебный процесс, на всю научную и преподавательскую деятельность.

Он, очевидно, не подозревал, что именно это и было одной из главных целей «просветительной» политики самодержавия. Позднее В. И. Писюнов писал, что история царского министерства просвещения представляла собой историю непрерывной борьбы с просвещением, что политика самодержавия в этой области являлась сплошным надругательством над народным просвещением.

Были и еще некоторые обстоятельства, сыгравшие роковую роль в судьбе Ушинского. С лета 1848 г. почетным попечителем Ярославского лицея становится П. Г. Демидов, один из дальних родственников его основателя, владелец многих железоделательных и медеплавильных заводов в Пермской губернии и тысяч крепостных крестьян. В 1844 г. П. Г. Демидов женился на фрейлине двора, добери шефа жандармов графа А. X. Бенкендорфа Софии. Когда П. Г. Демидов увидел, что правительство Николая I в страхе перед революцией принимает суровые меры против распространения «вольнодумства» среди учащейся молодежи, он решил заняться «деятельностью» в области просвещения, полагая, что именно здесь ему легко можно будет преуспеть в карьере.

Царское повеление о назначении штаб-ротмистра Демидова попечителем Ярославского лицея состоялось в конце лета 1848 г., а в январе следующего года он уже ехал в Ярославль для ревизии, заранее имея целью обнаружить там «крамолу».

Забегая вперед, можно сказать, что расчеты штаб-ротмистра, расчеты низменные и корыстные, оправдались. Вскоре после того, как он учинил расправу над Ушинским и некоторыми другими молодыми профессорами Ярославского лицея, он получил крупное повышение: его назначили на должность попечителя Одесского учебного округа. Это повышение по службе для зятя шефа жандармов во многих отношениях было очень удобным: в Бессарабии, поблизости от места его новой службы, у него было 3210 десятин земли, пожалованных ранее Бенкендорфу царем.

Как опытный карьерист, ротмистр Демидов действовал испытанными методами. В первом донесении министру просвещения вновь испеченный попечитель лицея говорил об Ушинском как о человеке «с большими дарованиями и отличными познаниями». Говорилось и о том, что Ушинский «имеет большое влияние на студентов», «он мог бы быть полезным в' лицее, но нужно иметь за ним постоянное наблюдение», ибо Ушинский «недостаточно приучен к строгому исполнению приказаний начальства». Демидов предлагал министру «для примера убрать из лицея одного из профессоров».

Намек был понят. В результате Ушинский и еще два профессора из молодых (вначале Львовский, чуть позднее – Татаринов) были отстранены от должности.


Ушинский - великий русский педагог:
Власть против профессора Ушинского
Время отдано работе
Ушинский усиленно изучает историю
Путь к намеченной цели
Встреча с Надеждой Дорошенко
Судьба человека в России
Приход в Гатчинский сиротский институт