Приход в Гатчинский сиротский институт

Я не знаю, что со мной будет, но я решился посвятить себя... исключительно педагогическим вопросам.

К. Д. Ушинский.

Поражение царизма в Крымской войне показало, что главным источником военных неудач, как и всех других социальных бедствий России, является крепостное право.

Умер царь. В Петербурге ходили слухи, будто официальное сообщение о причине смерти императора неверно: не грипп якобы был причиной конца царствования Николая I. Но какими бы ни были подлинные причины смерти царя, в общественном мнении утверждалось сознание того, что со смертью Николая I закончилась одна из самых мрачных страниц русской истории.

Пять лет минуло с тех пор, как Ушинский был отстранен от преподавания в лицее. Служба в департаменте становилась все более тягостной. Не могла приносить ему полного удовлетворения и литературная, журнальная деятельность. Можно было бы при благоприятных условиях уйти в «чистую науку». Но где-то в глубине души теплилась надежда на то, что он когда-нибудь вернется к педагогической работе. И надежда эта оказалась не напрасной.

В 1855 г. по рекомендации директора Гатчинского сиротского института П. В. Голохвастова, знавшего Ушинского с положительной стороны по Демидовскому лицею, К. Д. Ушинский зачисляется преподавателем словесности и законоведения, а вскоре и инспектором Гатчинского сиротского института.

Гатчинский сиротский институт объединял систему школ – от элементарной, где начинали с обучения маленьких детей грамоте, письму и счету, до высших классов, в которых излагались ученикам такие курсы, как законов ведение.

По признанию современников, с приходом К. Д. Ушинского в институт учебно-воспитательное дело в нем радикальным образом изменилось к лучшему.

Гатчинский период жизни отмечен одним любопытным эпизодом биографии К. Д. Ушинского. За несколько лет до него инспектором в Гатчине был Е. О. Гугель, выдающийся для своего времени русский педагог. В то время, когда Ушинский был гимназистом в Новгороде-Северском, Егор Осипович Гугель вел исследовательскую работу по совершенствованию методов обучения и воспитания в созданной им в 1832 г. экспериментальной школе для малолетних детей. Результаты его педагогических исканий нашли отражение во многих публикациях. Уже сами названия сочинений Е. О. Гугеля говорили о прогрессивности принципов, положенных в их основу: «Чтение для умственного развития малолетних детей и обогащения их познаниями» (1832), «Руководство к умственным упражнениям при преподавании отечественного языка в 3-х курсах» (1833).

Е. О. Гугель был энтузиастом, он вел научный поиск решения педагогических проблем, не имея никакой общественной поддержки. В мрачные годы царствования Николая I, мечтавшего превратить всю Россию в казарму, где самостоятельное мышление подданного расценивалось как деяние, опасное для государства, научные искания путей умственного развития личности не могли пользоваться поддержкой учебного начальства.

Ко времени прихода К. Д. Ушинского в Гатчинский институт о Е. О. Гугеле почти забыли. Если и вспоминали о нем, то не иначе как о «чудаке-мечтателе», как о «человеке не в своем уме».

Этот «чудак-мечтатель», сталкиваясь на каждом шагу с непреодолимыми препятствиями своему делу, заболел душевным расстройством и попал в психиатрическую больницу. Но от Гугеля в институте осталось наследство в виде двух объемистых шкафов с какой-то литературой. Лет двадцать стояли шкафы, запечатанные и запыленные, и никто не решался прикоснуться к ним, как будто в них заключался источник той страшной болезни, жертвой которой стал их хозяин.


Ушинский - великий русский педагог:
Интерес к изучению педагогической науки
Редактор журнала Старчевский беседует с Ушинским
Статьи о проблемах воспитания
Состояние образования в России
Каким было обучение воспитанниц Смольного
Новый инспектор Смольного был необычным для воспитанниц
Новаторство в изучении литературы