Судьба человека в России

Любую работу Ушинский выполнял с исключительной добросовестностью. Редактор «Библиотеки для чтения», злоупотребляя этим качеством Ушинского, стал взваливать на него самые тяжелые журнальные дела, отнимавшие время, необходимое для серьезных научных занятий. Постоянно увеличивающийся объем этих дел становился утомительным и небезопасным для здоровья Ушинского. Примерно к этому времени относится появление сочиненной кем-то версии о том, что К. Д. Ушинский обладал неуравновешенным характером, вследствие чего будто бы он долго «не уживался» в редакциях, с коллегами по службе и даже с друзьями. Склонен был поддерживать эту версию и редактор «Библиотеки для чтения», безжалостно эксплуатировавший многих своих сотрудников и считавший, что Ушинский работает недостаточно напряженно. А между тем один из знатоков литературного наследства Ушинского член-корреспондент Академии педагогических наук России, профессор В. Я. Струминский подсчитал, что одни только журнальные работы К. Д. Ушинского за 1852 – 1856 гг. могли составить несколько томов объемом около 100 печатных листов!

Об этом периоде деятельности его современник и биограф говорил: «Беспрерывный и монотонный литературный труд совершенно расстраивал здоровье Ушинского. Ушинского чуть не постигла тогда печальная судьба, загубившая не одного из наших талантливых писателей, – судьба литературного поденщика».

Но изнурительный труд литературного поденщика не мог заглушить интереса К. Д. Ушинского к педагогическим вопросам, проблемам образования, обучения, воспитания, формирования духовного мира человека. Ушинский обращал внимание па разнообразные моменты процесса развития человека при рассмотрении предметов, казалось бы весьма далеких от педагогики. Ушинский считал, что педагогика должна изучать все влияющие на формирование человека факторы. Так, в статье «История одной французской эскадры» («Современник», 1859, № 4), посвященной состоянию военно-морского флота Франции, Ушинский указывал на процесс становления коллектива эскадры, создания в нем традиций, обусловливающих поведение каждого моряка и офицера эскадры. Здесь уже можно видеть гениальные зародыши теории образования и обучения, которую Ушинский подробно развивал затем в своих знаменитых педагогических трудах.

В ряде статей Ушинского тех лет можно отчетливо проследить мысль о том, что воля и характер, нравы и обычаи, личность человека в целом зависят от условий его жизни, социальной среды, от отношений, которые в данный исторический момент сложились в обществе. Нравы, обычаи, характеры представителей различных сословий резко различаются между собой. Но о социальных причинах этих отличий К. Д. Ушинский писать не мог. Сотрудничая в петербургских журналах, он знал, что такое цензурное ведомство. Немало анекдотических случаев рассказывали о цензорах в редакциях. Так, цензор Елагин не разрешил печатание географической статьи из-за того, что в ней говорилось о езде на собаках в Сибири. Цензор Ахматов приостановил выпуск учебника математики потому, что в одной арифметической задаче между цифрами было многоточие. Цензор усмотрел в многоточии какой-то тайный умысел составителя учебника.

Деятельность цензурного ведомства направлялась Бутурлиным, родным братом ярославского генерал-губернатора. Конечно, Ушинский старался не допустить неосторожных выражений, которые навлекли бы на него и редакцию журнала гонения.

Для сокровенных мыслей у него был свой журнал и тетради, которые предназначались только для него одного и которые он никому не показывал. О них уместно сказать здесь, поскольку сохранились как раз те из тетрадей, которые относятся к рассматриваемому периоду жизни К. Д. Ушинского.

Сам Ушинский говорил, что еще в Новгород-Северской гимназии у него были «заветные тетради». Судить точно об их содержании трудно. Может быть, это были рукописные копии запрещенных царской цензурой произведений художественной литературы, а может быть сочинения самого Ушинского, которые нужно было прятать от посторонних глаз? Достоверно известно только одно: Ушинский очень серьезно относился к таким тетрадям и бережно хранил их. Когда судьба обрушила на него жестокий удар, когда он пытался понять, в чем же заключается смысл жизни, на каком поприще можно принести больше пользы отечеству, к имеющимся у него записям прибавляются новые «заветные тетради». В копиях они сохранились до наших дней.

В тетрадях этих лет рукою К. Д. Ушинского были переписаны стихотворения революционных поэтов первой половины XIX в. Среди них были строфы стихотворений К. Рылеева, А. Мицкевича, Н. Огарева.

Везде шепталися. Тетради

Ходили в списках по рукам;

Мы, дети, с радостью во взгляде,

Звучащий стих свободы ради,

Таясь, твердили по ночам.

Бунт, вспыхнув, замер. Казнь проснулась.

Вот пять повешенных людей...

В нас сердце, молча, содрогнулось,

Но мысль живая встрепенулась –

И путь означен жизни всей.

(П. Огарев)

Я видел рабскую Россию Перед святыней алтаря: Гремя цепьми, склонивши выю, Она молилась за царя.

(К. Рылеев)

Известно мне: погибель ждет Того, кто первый восстает На утеснителей народа; Судьба меня уж обрекла. Но где, скажи, когда была Без жертв искуплена свобода?

(К. Рылеев)

Мотивы стихотворений, переписанных К. Д. Ушинским в «заветные тетради», вполне определенны: борьба против угнетателей народа, воспевание свободы и борцов за свободу, грядущее торжество справедливости и неизбежная гибель тирании.

Взойдет гроза на небосклоне – И волны на берег с утра Нахлынут с бешенством погони И слягут бронзовые кони И Николая и Петра.

(Н. Огарев)

Эти мотивы и настроения были созвучны событиям, захватившим тогда всю Европу. Во многих западноевропейских государствах продолжало развиваться революционно-освободительное движение. Февральское восстание 1848 г. в Париже завершилось свержением монархии и провозглашением республики. Австрийский император и прусский король были вынуждены пойти на введение либеральных конституций в своих странах. Революционным движением были охвачены Италия и Чехия. Венгерские повстанцы с восторгом повторяли вдохновенный призыв поэта Шандора Петефи:

Корчуя лес, не оставляй корней» На виселицу королей!

Назревала революционная ситуация и в России. Проникавшие сюда известия о событиях в Западной Европе приводили в смятение и страх крепостников-помещиков, у людей демократических убеждений они рождали надежду.


Ушинский - великий русский педагог:
Приход в Гатчинский сиротский институт
Интерес к изучению педагогической науки
Редактор журнала Старчевский беседует с Ушинским
Статьи о проблемах воспитания
Состояние образования в России
Каким было обучение воспитанниц Смольного
Новый инспектор Смольного был необычным для воспитанниц